Альвдис (alwdis) wrote,
Альвдис
alwdis

Categories:

Тегид глазами современников. Часть 2

Продолжение текста, сразу после рассказа об утонутии сего Ортханка.

Все долго молчали.
Бендигейд Вран спросил:
– Так что значит это пророчество? Что произойдет в третьем поколении ?
Гурхир развел руками. Вран посмотрел на Лливарха Хена:
– Медрауд?
– Если он действительно сын Морврана, – возразил Советчик. – Ходят слухи про Артура. А вот Индег…
– А кто такая Индег? – спросил Сархад.
– Дочь Крейри.
Сархад посмотрел на Мудрейшего с укоризной, и Лливарх Хен добавил поспешно:
– …дочери Тегида. Ее еще называют красивейшей из девушек.
– Которую?
– Когда-то мать, теперь дочь.
Ворон искренне старался подавить раздражение:
– Всё это очень интересно, но, надеюсь, никто не ждет, что я верну к жизни Тегида?
– Не надо так шутить, – процедил Кадауг.
– А тогда давайте говорить о тех, которых мы хотим видеть живыми.
– Вороненок прав, – кивнул Бендигейд Вран. – Ллаунроддед, ты не сказал главного. Как звали того сидхи и где он теперь?

Инеем серебрятся края травинок, когда Древний произносит короткое имя:
– Глитмир.
Собравшиеся хмурятся, переглядываются, ища помощи друг у друга… тщетно:
– Не слышал, – вздыхает Вран.
– Не знаю, – Кинвелин.
– Что-то очень давнее. Не помню, – Лливарх Хен.
– Отец упоминал… В числе других бренинов сидхи, сокрушенных Тегидом, – Дунауд Фур.
– Других бренинов?! – вскинулся Сархад. – Но Верховный король – один!
– Это сейчас он один, – проговорил Лливарх Хен. – Когда Тегид уничтожил остальных. Но сам бренином не стал, ибо его сила была настолько…
– Мы решили больше не говорить о Тегиде! – почти крикнул Кадауг.

Поутихли. Смотрят на Ллаунроддеда. Ждут.
– Я не знаю, – разводит руками тот. – Не помню, когда он покинул меня. После смерти Тегида он долго был со мной: когда двоим всё равно, куда идти, почему бы и не идти вместе? Но его жар остывал, ведь враг мертв. Он холодел и забывал обо мне. А я – о нем.
Сархад встал, сцепил пальцы. Сказал, глядя в светлеющее небо:
– Я найду Глитмира. Такая сила не может скрыться бесследно. Я не верю, что он в беспамятстве. Он где-то прячется: от прошлого, от себя, от нас… Но я его найду. Кто как ни он достоин новой жизни?

Рассвело. Древние сидхи разошлись, исчезли вместе с ночными тенями. На берегу остались два Ворона.
– Недоброе дело сделали мы сегодня, Вороненок, – вздохнул Вечный Король.
– Недоброе? Но почему?
– А как нам теперь в замок вернуться? Как посмотреть ей в глаза?
Сархад прикусил губу, потом сказал:
– Но мы не виноваты…
– Ты нет, а я – я должен был предвидеть, что нельзя вспоминать древность и не вспомнить Тегида.
– Что же делать теперь?
– Мне – идти рыбачить, а тебе – утешать Керидвен.
– Как?
– Не знаю. Помолчишь с ней…

Кромка прошлого: Керидвен
Тронь тень… тинь-тень-тень… тихо зазвенит позабытое. Разобьется слеза на тысячу хрустальных осколков, разобьется – и отзовется: не болью, памятью о боли. Прах прошлого – словно старая пыль: взовьется и першит в горле, и трешь глаза – но это не горе. Призрак его.
Пересохло горе. Давно.
По сухому руслу горя легко уйти в прошлое. Не собьешься. Ног не омочишь в былых слезах. Не замараешь одежд былой кровью.
Вверх по мертвому руслу. Вспять.
Ушедшая обречена возвращаться. Единожды бросившая – вечно ищи путь назад.
Пересыпай в пальцах песок погибшей любви.
Ведь он был прекрасен…

– Он был прекрасен, – медленно проговорила Керидвен.
Согнутый старостью (старостью ли?!) стан распрямился, на суровом и гордом лице незаметны стали морщины, седые волосы легли ровными волнами – Владычица, старше любых Королев, стояла перед Коварным.
Древняя – перед юнцом.
– Что вы знаете о Тегиде? – сурово спросила она. – Что вы можете знать о нем? Вы, ослепшие от страха. Он и павшим страшит вас, и вы готовы видеть в нем чудовище, пьющее кровь жертв. У вас не хватает духу увидеть правду.
– Я ничего не знаю о Тегиде, – отвечал Сархад. – И я не боюсь его. Расскажи, госпожа.
– Рассказать? – холодно переспросила Владычица. – Ты столько времени провел у моего Котла, и ни разу не спросил о мастере, его создавшем.
– Тегид? Отец Морврана?!
Керидвен медленно опустила веки, соглашаясь.

Туманы прошлого: еще не Грааль
Святыня. Отсвет древних стихий.
Скручены, сплетены судьбы, и от искры счастья истает стужа злости.
Хитрейший из королей сидхи берет в жены мудрейшую из чародеек.
Мощь не умаляется любовью. Страстью возрастает волшебство, изощреннее станет узор чар, тоньше интрига, холоднее хитрость.
Грознее врагам. Желаннее жене.
Все плоды побед, вся мудрость и искусство – к ее ногам.
Не дни – мгновения мира, но переполнены счастьем щедрости: не сравниться ледяному чародейству войны с чудом любви.
И как ни велико наслаждение отнимать – но выше радость отдавать.
Дарить себя любимой. Создавать для нее творения мощи невиданной.
Чистой, как чиста любовь .

Сархад присел на корточки у Котла. Сейчас он был бронзовой чашей на высокой ножке; таким прежде Ворон его ни разу не видел. По ободу шел сложный узор: мешанина линий, но вглядись – дракон, лиса, феникс, еще кто-то. Переплелись хвосты, лапы, языки. И лебедь превращается в ворона… кажется? Не разобрать.
Сколько тысяч лет назад он был создан? Восемь? Девять?
Керидвен не считает время в людских годах, а больше знать некому.
– Но христиане видят в нем свою святыню..?
– Он создан был любовью, – отвечает Владычица. – Пусть видят.
– А Крейри? – вдруг спросил Ворон.
Керидвен вздрогнула, удивленная вопросом.
– Что – Крейри?
– Она тоже… тоже светлая?
– Она – живая Драгоценность .
Лицо Владычицы посветлело, губы тронула улыбка.

Туман радости: Крейри
Это же легко! Это так легко!
Так же легко, как скользить по паутинке. Так же легко, как улыбаться каждому: эльфу, человеку, зверю.
Легко разбрызгать удачу по миру.
Легко каплей воды сделать в камне дырочку.
Легко нанизать камни на солнечный луч.
Мама, посмотри: солнышко в бусах! В бусах из дырявых камней! Это же так весело.
А еще можно обломить лучик. И эти капли… камни рассыплются по миру. Но в каждом из них останется осколок луча.
Осколок радости. И смех той капли, что проколола камень, как птичий коготок прокалывает березовый лист.
Пусть катятся по земле.
Пусть подбирают их люди.
Пусть достанется им кусочек радости.
Кусочек удачи.

– Теперь я понимаю, почему ее называют прекраснейшей, – сказал Сархад. – Видел ли кто-нибудь черты ее лица за светом улыбки?
– Иные видели.
– А… где сейчас Крейри?
– Везде, – отвечает Владычица. – Найди любой камень из тех, что люди называют «куриный бог», и ты увидишь Крейри. Люди услышат ее силу, а ты – ты, думаю, сможешь и поговорить с ней.
– И она дочь Тегида?! Того Тегида, перед которым до сих пор дрожат сильнейшие?!
– Того Тегида, что я некогда полюбила. Того, от которого я бежала, спасая дочь и еще нерожденного сына.
– Госпожа, – Сархад склонился перед ней, – если ты хочешь рассказывать, то у тебя не будет слушателя благодарнее меня. Но если нет…
–Тысячи лет миновали с той поры, как я покинула мужа и бежала сюда. Иные знали, где я скрываюсь. Редкие приходили ко мне. Но ни один, даже Вран, не смел спросить меня.
– Быть может, – усмехнулся Коварный, – потому, что ни одного из них не называли Проклятием Прайдена?
– Не гордись этим прозвищем, Вороненок, – укоризненно сказала Керидвен. – Тем более, что мы с тобой знаем, сколько заслуги Морврана в том, что ты его получил.

Мы хотели побеждать.
Нам нравилось побеждать. Превзойти хитроумием заклятий, тонкостью чар, мастерством ловушек.
И я играла в эти игры, Вороненок. Королева – опаснейшая из фигур.
Мужчинам – хитрость и сила. Доля женщин – магия. Мужчинам – что. Женщинам – как.
Радость победы – обоим.
Радость раз за разом побеждать сильного противника – стократ сильнее.
Оставить ему лазейку, пусть бежит из плена, если сможет, пусть соберет против нас армию раз, другой, дюжину дюжин раз! Мы одолеем его всё равно!
Мы побеждали, Сархад. И в упоении наших побед родилась Крейри: дитя удач, она стала Удачей Прайдена.
Тегид никогда не убивал побежденных: зачем? Ведь стократ интереснее наблюдать, как пленный противник выбирается из темницы. И учиться хитрости у него – пусть побежденного, но готового играть дальше.
И когда он будет вновь разбит, то заклятия темницы станут сложнее. И наблюдать за его отчаянными поисками свободы будет интереснее…

– Так было, Сархад. Пока заклятия темниц не стали слишком изощренны. Век проходил за веком, а пленные не могли выбраться.
– Кхм. Мирддин – истинно внук Тегида. Он хорошо понимает в заклятиях темниц.
– Мирддин – истинно мой внук. Я всегда оставляла заточенному путь к свободе. Иначе мне было скучно. А Тегид – нет.

Противников становилось меньше.
Сперва незаметно.
Потом – ощутимо.
Наблюдать за пленными попал интерес. Наши игры, наши состязания медленно превращались во что-то иное.
Тягостное.
Пленных все больше. Роются-строятся новые темницы.
И медленно пустеют старые. Куда деваются их узники? Ведь побегов нет. Не вырваться ныне из узилищ Тегида.
Умирают? Бессмертные?
Но зачем убивать врага? Когда вечность впереди – зачем?! С кем будешь биться через тысячу тысяч лет?!

– И вот тогда я заметила, что Тегид стал лысеть. Нет, Вороненок, он не был лысым, подобно людям. Просто сначала исчезла одна прядь с его головы… другая… Лишенная волос кожа – белая-белая, светлее женской, но проходят года, века и она темнеет. А потом исчезает соседняя прядь – рядом с темным пятном появляется белое.
– Красиво, наверное, – кивнул Коварный. – Готов поспорить, эти пятна складывались в узоры.
Керидвен кивнула:
– Красиво донельзя. Я понимала, что он делает. Он переливал свою силу. Отдавал ее – вместе с прядями волос. И чем больше он отдавал – тем сильнее она росла. Хохоча, он рассказывал мне о победах над армиями, в десять раз превосходившими его. Но та сила, что он черпал…
– Откуда?
– Не знаю. Догадываюсь, но… не хочу знать.
– И что же дальше?
– Ничего. Пустота, Сархад. Гулкая пустота побед. Как по пустому кувшину бить: потому и громко, что нет там ничего.
Она замолчала, глядя в никуда.
Чуть блеснула влага в уголке глаза. Повисла на реснице. Скатилась по щеке.
– Прости, госпожа.
– Не за что, Вороненок. Я обещала тебе рассказать – и расскажу до конца.

В людских сказках замки врагов ломятся от несметных сокровищ. Замок Тегида ломился от силы.
Его могущество превзошло любого из великих королей сидхи…
…только не с кем стало сравнить.
Не осталось ни одного.

– Он мог стать бренином, но…
– Не захотел?
– Не захотел – да, и это тоже. Но его желания не спрашивали.
– Я не понимаю.
– Сархад, что нужно, чтобы стать бренином?
– Одолеть Кабана.
– А до того?
– Накопить силу, – непонимающе ответил Ворон. – Ну или обладать ей от рождения.
– А между, между этим?
Сархад нахмурился:
– У меня ничего не было. Я просто вышел на Кабана – и всё.
– Было, Вороненок, – покачала головой Керидвен. – Земля выслала тебе Кабана. Чтобы сразиться с Кабаном – нужно чтобы он был. Твой Кабан.
– А у Тегида..?
– …его не было. Земля противилась силе моего мужа. Он не стал бы бренином, желай этого.
– Он понимал это.
Коварный не спрашивал. У людей есть басня про лису и зеленый виноград.
– Наверное. Мы почти не разговаривали. Я боялась его.
– И ты бежала.
– Нет. Я так боялась, что оставалась с ним. Вдруг он захочет меня вернуть? Перед ним беспомощны сильнейшие, так что могу я?
– Но всё же…
– Много позже, Сархад. Когда я поняла, что снова жду ребенка. Вот тут – о, ты не знаешь, на что способна мать ради своего дитя! Курица превращается в соколицу – а я была не курицей!

Бежать прежде, чем Тегид узнает, что у него есть сын.
Прежде, чем он вырастит из него свое подобие.
Спасти дитя.
Сумрак скроет след – не сыскать, скорее скажет скелет, скорее сомнется скала, скорее серебро стает, скорее соколам стать стаей, скорее совам своим станет свет!
Не быть сыну похожим на отца! Не воспринять родительской силы!
Разорву узор, разгоню позор, связи размечу, сходство растопчу! Как волку на яйцо, как орлу на кольцо, как зайцу на лед, как рыси на гнет! Змеей изойди сила, иззмеись, изменись, изогнись, изыди былое, избегни беды!
Вода темная, вода холодная, равнодушная, слепая – залей мой путь.

– Котел ты взяла с собой, – проговорил Сархад, чтобы не молчать. Думать о Морвране не хотелось.
– Да. И Крейри бежала со мной.
– Сюда.
– Да. Скромный, неприметный замок в глуши.

недописано.
Tags: "После"
Subscribe

  • Творчество, грите...

    Мрзд объявило День Средиземья. Тиннэ принесла запоздалый эпиграф к "Волчьим тропам": Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервётся пенье, И уж ты не…

  • Эльфы и Сваргас

    Завтра (уже сегодня) эти книги отправятся в Сваргас. А 28-го, несмотря на зверски наполненную программу, туда приеду я. С лекцией "Эльфы среди людей"…

  • Про Боромиров и их рог

    Прочтение "Властелина Колец" после "Гондору не нужен Король" дает внезапные дополнительные обертоны. Зачем трубит в рог Боромир в ГннК? - чтобы в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments